|
Страница 5 из 7
Оторвав наконец зачарованный взгляд от Ханумана, я обнаружила, что осталась одна.
— Брат, где вы? — воззвала я в ужасе.
— Здесь, иди сюда, сестра, — донесся откуда-то из-под земли голос Гходке.
Тут я заметила маленькую дверь в стене и проникла сквозь нее еще на одну лестницу, ведущую дальше вниз.
Держась обеими руками за каменные стены, я спустилась и обнаружила здесь всю нашу компанию. Они молились, стоя вокруг шивалингама, еле освещенного масляным светильничком. На шивалингам капала вода, и было очень холодно в этом подземном святилище.
И очень тихо — сквозь толщу каменных стен и пола гром не достигал нашего слуха.
А когда мы вышли наверх, то на нас обрушился еще и ливень.
Кто не был под муссонным дождем, тот не может себе представить, что это такое! Вы сразу попадаете на дно реки или озера и двигаетесь в толще воды, не задыхаясь только благодаря чуду.
По дну такого озера, которое еще недавно было двором храма, мы быстро пробежали к лестнице, взлетели наверх и укрылись под сводом ворот.
Ливень хлестал, выл, свистел, шипел, сверкал, мешался с громом и молниями, сквозной ветер с воем несся в туннеле ворот, а мы сидели на каменных скамьях, мокрые, ледяные, прижавшись друг к другу (женщины на одной скамье, мужчины — на другой: Индия — всегда Индия!), и, стуча зубами, не чаяли выбраться отсюда. К нам присоединились еще какие-то паломники, вынырнув из водяного мрака, — старая женщина и двое мужчин. У одного был на руках маленький ребенок. Он спал, положив голову отцу на плечо. Все были так же мокры, как мы, но все кротко улыбались и никак не выражали своего отношения к истории, в которую попали. Завязался тихий разговор.
Из этого разговора выяснилось, что обратного пути нет, так как по полю несутся с гор потоки силя, промывшие себе в мягкой почве глубокие русла, и что надо пробовать добраться до шоссе кружным путем, гора-. ми, но -во время дождя это небезопасно.
Когда Гходке перевел все это мне, я только тихо вздохнула.
Посовещавшись еще с полчаса, все мои спутники решили все же попробовать добраться до шоссе полем.
Гходке, сказав: «Мужайся, сестра, бог нам поможет», взял меня за руку, и мы двинулись в кромешный мрак под потоки дождя. С первых же шагов я уяснила себе, что в босоножках идти невозможно, так как мы проваливались в грязь почти до коленей и босоножки застревали на дне этих ям, охватывая ноги, как кандалы.
Я их содрала с себя и понесла в руке, но тут же с ужасом ощутила, что почва набита мелкими острыми камнями и что вывих ноги будет, по-видимому, самой легкой и безопасной травмой в данной ситуации.
Пройдя таким порядком шагов сто из нужных нам трех или четырех миль, мы встретились с первым потоком силя, который с бульканьем и урчаньем несся во тьме поперек нашего пути.
|
